Почему в балет не идут мальчики? Потому что их отцы убеждены, что это женственно, что мужчинам там делать нечего, говорит художественный руководитель государственной балетной труппы Грузии Нино Ананиашвили.
Мало мужчин, но много сильных женщин
А было время, когда балет в Грузии считался вполне мужским танцем - в 30-е годы, когда выдающийся советский артист и культовый грузинский хореограф Вахтанг Чабукиани возглавил Тбилисское хореографическое училище.
"Тогда был настоящий бум: все родители мечтали, чтоб их сыновья стали артистами балета”, - говорит Нино Ананиашвили.
Сейчас восполнять дефицит часто приходится иностранными артистами - в труппе их немало, и некоторые приезжают из стран, в которых мужской балет считается престижным.
“Например, Куба, Испания - в этих странах он точно не считается “женственным”, а родители дают это образование сыновьям не всегда из любви к искусству, а из прагматических соображений: к совершеннолетию их дети получают профессию”.
“Балет - это адский труд, может быть, поэтому в нем так много женщин. Женщины сильнее мужчин. По крайней мере, психологически”.
“Балет авторитарен, в нем жесткие рамки и требования, и не только к внешности танцоров”.
Репетиция солистов Государственного балета Грузии Нуцы Чекурашвили и Йонена Такано под руководством репетиторов Анатолия Кучерюка и Ирины Джандиери
Как знаменитая прима спасла театр
Нино Ананиашвили вернулась в Грузию после нескольких десятилетий успешной балетной карьеры на лучших мировых сценах - она была солисткой Большого театра, Мариинки, Королевского датского балета, Королевского лондонского балета, солировала в труппах Римской оперы, театра Ла Скала, Королевского шведского балета, Гетеборгского балета, Балета Монте Карло, национальных балетных театров Норвегии, Финляндии и Португалии и многих других.
“В 2004 году меня позвал Саакашвили и я вернулась. Принять это решение было непросто, надо было полностью перестроить свою жизнь. Сначала было тяжело, не было ни рук, ни денег. Многие артисты уехали из Тбилиси, а кто остался, тех я считаю настоящими героями - они не просто остались, они занимались бескорыстным спасением театра”.
“В Грузии в то время [конец 90-х - начало 2000-х] многие даже не знали, что в Тбилиси есть театр оперы и балета. Молодые люди, например, искренне удивлялись, когда о нем слышали. Конечно, после десятилетия войны, голода и темноты”.
“В театре тогда было так. Крыша прохудилась, и когда на улице шел дождь, то и на сцене шел дождь. Отопление включали только во время спектаклей, и особо ничего от этого не менялось, было страшно холодно. На сцену выходили только те артисты, кто мог позволить себе пуанты. Это было роскошью”.
“[Власти] мне выделили бюджет, я собрала артистов и сказала - надо работать много, на износ, иначе ничего не получится. Понадобится ночевать в театре - будем ночевать”.
“Возрождение должно было стать бескомпромиссным - надо было либо держать планку Большого театра и Мариинки, либо согласиться с уровнем провинциальной филармонии. Я выбрала первое”.
“Мне очень помогли мои друзья, мои связи. Это было беспрецедентно, можно сказать, весь балетный мир сплотился вокруг тбилисского театра".
Сейчас даже не верится, но за первые три года мы поставили 27 спектаклей! Представляете, как мы работали?”
"За деньги, которые мы потратили на эти 27 спектаклей, при сегодняшних ценах едва ли можно поставить пять”.
"Не подумайте, что я жалуюсь, нам выделяет средства бюджет, и частые спонсоры тоже понемногу финансируют. Мы им благодарны очень. Но культура меценатства в Грузии пока не развита".
"Я работаю в Тбилиси уже 13-й сезон. Я много лет провела за границей, но всегда очень скучала по дому”.
"В моей профессиональной биографии переломным испытанием был, наверное, переезд в Москву. Я была еще ребенком, это было трудно - уехать от родителей. Мне удалось это только благодаря бабушке, которая все оставила и поехала со мной. И, между прочим, всю жизнь очень мне помогала, хоть и не была балериной”.
"Конечно, очень грустно, если у балерины по какой-то причине не сложилась карьера. Но ведь для того, чтобы любить балет, не обязательно танцевать [самой]. Она может пригодиться театру в какой-то другой роли. Я в этом уверена”.
Текст и фото: Диана Петриашвили, "Русскоязычная медиасеть," специально для JAMnews