ПРИЧИНЫ И ПОСЛЕДСТВИЯ КАТАСТРОФЫ ВОЕННО-ТРАНСПОРТНОГО САМОЛЕТА ИЛ-76МД бортовой номер 76777 В Луганском аэропорту 14.06.2014 Аналитический центр Digests & Analytics Ukraine

14 июня 2014 в Луганском международном аэропорту был сбит с ПЗРК во время посадки военно-транспортный самолет украинских ВВС Ил-76МД. Аэропорт находился в окружении вооруженных групп боевиков, в Луганской области велись активные боевые действия, которые названы украинской властью "антитеррористической операцией". Суд над генерал-майором Назаровым, который обвиняется в служебной халатности, которая привела к гибели 40 десантников 25-й аэромобильной бригады и 9 членов экипажа, еще продолжается, приговор пока не вынесен. Однако в открытом доступе на канале YouTube выложено видео судебных заседаний, в ходе которых были допрошены все ключевые свидетели и объявлены основные документы. Аналитический центр Digests & Analytics Ukraine проанализировал все имеющиеся в открытом доступе материалы, восстановил картину событий и сделал выводы.

Предистория

После оккупации Крыма и объявлении о включении его в состав России на востоке и юге Украины также начались беспорядки. На Донбассе, в Харькове и Одессе появились "туристы" и "казаки" из России. На восточной границе были сконцентрированы крупные российские воинские соединения, угроза вторжения была реальной. Армия практически отсутствовала. У личного состава, офицеров и генералов отсутствовал боевой опыт, часть командиров и офицеров были завербованы российской разведкой.

Руководство страны понимало ситуацию, поэтому 17 марта 2014 г. Верховная Рада приняла закон о частичной мобилизации. На основании решения СНБО был издан указ исполняющего обязанности президента Турчинова, которым был объявлен "особый период" и начать мобилизация.

Пророссийские сепаратистские выступления на Донбассе усиливались, хотя повсеместно и проходили митинги за единство Украины. Власть не поддержала активистов и сторонников единой Украины, более того, в Донецке и Луганске сотрудники МВД и СБУ участвовали в разгоне этих митингов и помогали "сепаратистам".

В некоторых городах появились «народные мэры", которых назначали на "сходках". Затем "сепаратисты", среди которых было большое количество сотрудников российских спецслужб и завербованных ранее агентов из мирного населения, начали захватывать здания органов власти и силовых ведомств, где располагались оружейные склады. Таким образом было легализовано появление стрелкового оружия на руках у "сепаратистов".

Руководство страны побоялось отдать инициативу в руки патриотов, несмотря на огромный подъем национального самосознания после Майдана - об этом свидетельствовали очереди в военкоматах. На сотрудников силовых структур также не было надежды - многие из них уже ждали развития событий по крымским сценарию. Министр внутренних дел Захарченко и председатель СБУ Якименко после расстрела Майдана сбежали в Россию. Та же ситуация была и с Вооруженными силами - министр обороны Лебедев бежал в Россию, начальник Генштаба генерал Замана, а затем и адмирал Ильин, не справились со своими обязанностями. Кроме того, у политического руководства страны, наверное, не было уверенности в их лояльности и готовности защищать Украину. Новый глава СБУ Наливайченко и глава МВД Аваков попытались взять свои ведомства под контроль, однако сопротивление изнутри было очень значительным. Силовые ведомства оказались неспособными сопротивляться русским "туристам" -диверсантам и предотвратить сползание восточных областей в "сепаратизации".

Большинство боеспособных подразделений Вооруженных сил находились вблизи западной границы Украины, техника была в небоеспособном состоянии. Предыдущее руководство Министерства обороны расформировало почти все подразделения на востоке и юге страны. Пограничные войска были набраны в основном из местных жителей, "крышевали" в мирное время контрабанду через российско-украинскую границу. Более того, многие из них симпатизировали и поддерживали Россию. Поэтому через пункты пропуска на границе в Луганской и Донецкой областях стали "просачиваться" диверсионные группы, "казаки" и "добровольцы", задачей которых был захват населенных пунктов и объектов инфраструктуры, включая узловые железнодорожные станции и аэропорты.

Боевики и диверсанты смешивались с местным пророссийским населением, их поддержку повсеместно осуществляла местная власть, состоящая из представителей Партии регионов и Компартии Украины. Местные сотрудники МВД и СБУ не противодействовали "сепаратистам" или прямо их поддерживали в надежде на то, что после того, как области будут включены в состав России, их примут на работу в российские правоохранительные структуры. В результате "мирные митинги" получали поддержку военизированного ядра из наемников и диверсантов при полном непротивлении органов власти и силовых ведомств. Кроме того, в качестве прикрытия повсеместно работали "корреспонденты российских телеканалов и СМИ", формировавших "картинку" для российской аудитории и жителей юга и востока Украины. Местное население практически не смотрело украинское телевидение, основным источником новостей были российские телеканалы. Кроме того, многие жители и чиновники ожидали, что все произойдет "как в Крыму", и они плавно присоединятся к России после провозглашения "республик" и проведения "референдумов" о независимости и присоединения к РФ.

6 апреля участники митинга захватили здание СБУ в Луганске, где находилось большое количество оружия.

7 апреля, после объявления о создании "Донецкой народной республики" и.о. президента Украины Турчинов принял решение о начале антитеррористической операции на территории Донецкой и Луганской областей. Согласно закону о борьбе с терроризмом был создан Антитеррористический центр при СБУ, на который было возложено проведение антитеррористической операции. Для координации и планирования действий подразделений СБУ, Национальной гвардии и других военизированных подразделений в АТЦ был создан Оперативный штаб управления, полномочия и обязанности которого были определены постановлением Кабинета министров No611 от 12.05.04. Руководство контртеррористической операцией было возложено на СБУ, в межведомственную координационную комиссиЮ были включены руководящие сотрудники силовых структур и дополнительных частей Вооруженных сил.

В этот же день, 7 апреля, Луганский аэропорт был взят под контроль десантниками 80-й аэромобильной бригады. Полеты в аэропорт гражданских самолетов прекратились через несколько дней после сообщений о появлении у боевиков ПЗРК. Примерно в это же время периметр Донецкого аэропорта получил охрану в виде 3-го полка спецназначения из Кировограда.

12 апреля российской диверсионной группой был захвачен Славянск. В этот же день был захвачен и крупнейший железнодорожный узел Восточной Украины - Красный Лиман, что позволило переправлять в этот район железной дорогой подкрепление из России через неконтролируемый уже участок государственной границы. Кроме того, контроль над железнодорожным узлом позволял блокировать доставку украинской военной техники и подразделений в Донецкую и Луганскую области железнодорожным транспортом.

Местные жители, которых боевики ставили перед собой на блокпостах, останавливали колонны украинских войск. 13 апреля подразделения 25-й аэромобильной бригады, двигались в направлении Славянска с юга, были блокированы в Краматорске такими "местными жителями". Под прицелом камер российских телеканалов военные не стали стрелять в толпу и отошли, бросив бронетехнику и артиллерийскую установку "Нона", которые попали в руки диверсионной группы Стрелкова (Гиркин), захватившуя и удерживающую Славянск.

14 апреля решением СНБО антитеррористической операции был присвоен статус масштабной. Для её обеспечения были привлечены подразделения Вооруженных сил, однако они не выполняли никаких функций за пределами полномочий, предоставленных им законом о борьбе с терроризмом, - охраны военных и стратегических объектов. Примером такой операции стало освобождение от "сепаратистов" аэродрома Краматорска подразделениями спецназа и Вооруженных сил.

17 апреля "для урегулирования ситуации в восточной Украине" состоялась четырехсторонняя встреча с участием министра иностранных дел России Лаврова, госсекретаря США Керри, еврокомиссара Эштон и главы МИД Украины Дещицы, на которой была принята декларация об урегулировании на Донбассе. Она включала разоружения "незаконных вооруженных формирований" (Россия имела в виду, что речь идет о добровольческие батальоны и подразделения "Правого сектора") отказ от любых насильственных действий и запугивания, освобождения всех незаконно захваченных зданий и демонтаж блокпостов и баррикад. Процесс должен был происходить под контролем специальной мониторинговой миссии ОБСЕ, в которую стороны договорились направить своих представителей.

Напряжение нарастало с каждым днем, "сепаратисты" повсеместно захватывали здания органов власти и силовых структур и проводили "выборы народных мэров".

Таким образом, Россия пообещала сделать то, чего не собиралась делать, поскольку формально не имела никакого отношения к "сепаратистам". Договоренности связали украинскую власть по рукам и ногам обязательствами о неприменении силы и разоружения добровольческих формирований. Поэтому в ходе антитеррористической операции до конца мая использовались исключительно спецподразделения СБУ, МВД и (неофициально) штурмовые добровольческие батальоны. Однако принятые меры оказались неэффективными, силовые структуры не могли справиться с многочисленными группами "сепаратистов" В конечном счете "республики" Донбасса провели "референдум", и сценарий начал развиваться по крымскому варианту. В Одессе и Харькове распространение сепаратистского движения удалось прекратить, в Донецке, Луганске и других городах Донбасса "сепаратисты" закрепились, а в Славянске спецподразделения погрязли в длительной осаде. Кроме того, антитеррористическая операция велась фактически только в Славянске, в других же местах действовали отдельные спецподразделения и добровольческие батальоны без общего командования. Поэтому СНБО и Турчиновым было принято решение привлечь для проведения операции регулярные воинские части, тем более, что по сообщениям из-за рубежа через него потоком пошли "зеленые человечки" и военная техника. При этом введение военного положения, согласно Конституции, означало отказ от проведения президентских выборов, к чему руководство страны не было готово.

Начальник Генерального штаба Куцин порекомендовал Турчинову назначить руководителем антитеррористической операции генерал-лейтенанта Муженко. Турчинов распоряжением No879 от 20.05.14 ввел Муженко в состав межведомственной координационной комиссии Антитеррористического центра при СБУ, назначив его первым заместителем руководителя Центра, "указав" его как руководителя антитеррористической операции. Муженко вместе с собой привел оперативную группу около 50 человек, в том числе генерал-майора Назарова, официально были прикомандированы к Оперативному штабу управления АТЦ.

Возможности армейских подразделений, определенные законом о борьбе с терроризмом, были ограничены. Закон не был рассчитан на широкомасштабные военные действия на большой территории, функции оперативного штаба управления (ОШУ) не имели в виду управления военными подразделениями. Поэтому Муженко принял решение создать отдельный штаб для руководства общевойсковой операцией на территории Донецкой и Луганской областей с привлечением других военизированных подразделений под своим командованием. Начальником штаба АТО Муженко "указал" Назарова. Это позволяло достаточно быстро реагировать на изменение обстановки и привлекать к участию в АТО войска и технику. Законодательно такой штаб не был предусмотрен никакими документами, не имеет он официального статуса и до сих пор.

События разворачивались все быстрее, в ночь на 22 мая в Волновахой расстреляли лагерь 51-й бригады, погибли 19 человек. 26 мая десантникам 3-го полка спецназа удалось отбить попытку атаки террористических групп на Донецкий аэропорт, в ходе боя были применены боевые вертолеты.

На 28 мая Назаров вместе с оперативной группой командированных в АТО офицеров Вооруженных сил разработал положение о штабе АТО и начальнике штаба АТО. В этот же день Муженко утвердил его и по согласованию с Генштабом начал привлекать в состав АТО военные части и авиацию.

29 мая после обращения штаба АТО в АТЦ, а АТЦ - в Генштаб, командованием ВВС был издан приказ о создании оперативной группы ВВС по планированию и использования привлеченных авиационных соединений. В АТО не было возможности организовать обслуживание и обеспечение самолетов различных видов авиации, поэтому техника находилась в местах базирования и выделялась по заявкам штаба АТО. Обеспечением полетов занималось командование ВВС.

С момента привлечения авиации в АТО, ее начали интенсивно использовать как для перевозки личного состава и техники, так и для ведения военных действий. До конца мая боевиками из ПЗРК было уже сбито 5 вертолетов, в одном из которых погиб генерал Национальной гвардии Кульчицкий. Поэтому полеты авиации осуществлялись с учетом наличия у боевиков средств ПВО, в частности, ПЗРК, тем более, что командованию было известно о захваченных боевиками 6 установок ПЗРК "Игла" в Луганской СБУ.

Обстановка в районе АТО обострялась с каждым днем, повсеместно происходили столкновения. Генералы и старшие офицеры понимали, что применение войск против "мирного населения" является незаконным, если не введено военное положение. Все боевые уставы рассчитаны именно на военное положение или состояние войны с противником, за исключением устава внутренней службы. Более того, "террористы" и боевики формально не являлись военным противником, хотя и вели боевые действия против частей Вооруженных сил, в том числе, с применением бронетехники и артиллерии.

После объявления по результатам выборов Порошенко президентом, исполняющий обязанности президента Турчинов так и не ввел в двух областях военное положение, несмотря на то, что с момента появления штаба АТО координация между подразделениями различных ведомств уже налаживалась. В этом случае использование армии стало бы вполне оправданным. Опасения о начале полномасштабной войны с Россией было обоснованным, однако уровень мобилизации населения Украины и волонтерское движение, разворачиваясь давали шанс на успешное проведение кампании, тем более, что на территорию Украины еще не были введены регулярные российские войска и техника.

Скорее всего, Турчинов решил переложить ответственность за введение военного положения на нового президента, но все к такому введение подготовил. Генерал Муженко развернул войска и создал штаб под военным командованием параллельно оперативному штабу управления при Антитеррористическому центре. Согласно закону о борьбе с терроризмом, ОШУ возглавлял сотрудник СБУ. Однако Порошенко с самого начала дал понять, что воевать не собирается и намерен урегулировать ситуацию мирным путем.

Поэтому 2 июня, еще до инаугурации, депутатом от "Батькивщины" Сенченко в Верховную Раду был подан законопроект о внесении изменений в закон о борьбе с терроризмом, согласно которому допускалось привлечения и использования сил и средств Вооруженных сил и других военизированных подразделений в составе сил антитеррористической операции для уничтожения террористов и незаконных вооруженных формирований. Законопроект предполагал также временное ограничение прав и свобод граждан в районе проведения АТО, аналогично режима военного положения. Таким образом, "антитеррористическая операция" приобрела де-факто черты военного положения без его введения.

5 июня Верховной Радой закон был принят, но вступил в силу только 20 июня 2014 года. К этому моменту подразделения Вооруженных сил применялись против "террористов" вне правового поля, что неоднократно подчеркивали свидетели на суде генерала Назарова и сам генерал. Они называли полномасштабные боевые действия "специальными действиями и мерами" и всячески подчеркивали, что они осуществлялись в рамках антитеррористической операции без введения военного положения.

5 июня был освобожден Красный Лиман, и Муженко отдал распоряжение группе оперативного планирования штаба АТО разработать "план" по прикрытию государственной границы при участии регулярных войск.

Фактически "замысел" начал реализовываться до утверждения его Генеральным штабом и президентом, поскольку инаугурация Порошенко состоялся только 7 июня.

4 июня для обороны Луганского аэропорта была создана тактическая группа "Славутич", командиром которой был назначен заместитель командира 1-й отдельной танковой бригады полковник Маленко.

5 июня началась переброска сил и средств для усиления группировки войск в Луганском аэропорту - туда перебрасывались подразделения 1-й танковой, 80-й и 25-й аэромобильных бригад. При посадке самолеты были обстреляны из стрелкового оружия и получили повреждения. В этот же день персонал аэропорта покинул рабочие места и убежал, здания аэропорта были обесточены, что сделало невозможным использование экипажами военно-транспортных самолетов радионавигационного оборудования. Временным управляющим полетами был назначен майор Зайченко (позывной "Аллея"), который отвечал за прием и отправку бортов, которые перевозили подкрепления в аэропорт.

6 июня боевиками был захвачен Луганский авиаремонтный завод, что создало реальную опасность легализации появления в них авиации. На аэродромах в Крыму уже были подготовлены самолеты, захваченные русскими войсками при оккупации, на оперении которых уже были нарисованы флаги "армии Новороссии". Появление у боевиков авиации резко изменило соотношение сил и дало бы им возможность объяснить поддержку с воздуха. Поэтому удержание аэропорта и расширение плацдарма вокруг него стало отдельной стратегической частью "Замысла по прикрытию государственной границы".

10 июня "Замысел" был утвержден руководителем АТО генерал-лейтенантом Муженко и отправлен на согласование в Генеральный штаб и Администрации президента, а 11 июня - утвержден президентом. Формально его реализация началась 13 июня; с 11 по 13 июня проходили подготовительные мероприятия.

6 июня над Славянском был сбит разведывательный самолет Ан-30. После этого над зоной АТО для полетов был закрыт эшелон ниже 4600 м, поскольку максимальная высота поражения нового российского ПЗРК "Верба" ​​составляет 4500 м.

До 14 июня самолеты 25 бригады транспортной авиации осуществили 16 перелетов в Луганский аэропорта.

Ночью, с 12 на 13 июня, самолеты, взлетев из Чугуева, не смогли совершить посадку в аэропорту и вынуждены были вернуться на место постоянного базирования в аэропорту Мелитополя. Это произошло из-за отказа дизель-генератора, который обеспечивал питания прожекторов взлетно-посадочной полосы, а света фар автомобилей было недостаточно для освещения полосы для посадки самолета в ночное время. Повторный рейс рано утром был удачным, и это создало иллюзию того, что "все в порядке".

Поэтому план продолжал выполняться, а Муженко, отдав распоряжение о следующей переброске войск в аэропорт, отбыл из штаба "к югу" - в этот день было запланировано штурм Мариуполя. На время отсутствия Муженко штабом руководил его первый заместитель - Назаров.

Хронология событий приведена в таблице:

Хронологія подій Таблиця 1 (1/3)
Хронологія подій Таблиця 1 (2/3)
Хронологія подій Таблиця 1 (3/3)

Почему произошла трагедия

С начале мая аэропорт находился в окружении (был блокирован) незаконными вооруженными формированиями. Дороги были перекрыты блокпостами, ближайшие подразделения украинских войск находились на расстоянии около 40 км. Попытки прорваться землей были неудачными. Поэтому при планировании операции ("замысла") по удержанию стратегически важного объекта - Луганского аэропорта - руководителем и штабом АТО возможность сухопутного опрокидывания подразделений, боеприпасов и продовольствия не рассматривалась. Единственным способом усиления группы командования видело переброску сил и средств в аэропорт военно-транспортной авиацией. К моменту катастрофы самолетам удалось осуществить 16 рейсов в Луганскоий аэропорт для переброски туда подкрепления.

Безусловно, стратегический объект был в центре внимания российских руководителей вторжения и подконтрольных им боевиков, которые рассматривали аэропорт как базу для развертывания авиации. 6 июня 2014 ими было захвачено Луганский авиаремонтный завод, на котором находились неисправные самолеты. В любой момент их можно было объявить "отремонтированными", а самолеты "ВВС Новороссии" прилетели бы из Крыма. Российская армия во время оккупации полуострова захватила на аэродромах большое количество украинской авиатехники. На фюзеляжах самолетов были нарисованы флаги "Новороссии", и они были готовы к переброске в Луганске - на новостных ресурсах и в соцсетях было размещены фотографии этих самолетов. Таким образом, было бы легализовано использование авиации боевиками и подразделениями российских войск, что мгновенно изменило бы баланс сил в их пользу.

Интенсивное переброска украинских войск в аэропорт началось еще 05.06.14, в этот же день самолеты были обстреляны из стрелкового оружия, и были повреждены.

10.06.14 штабом АТО был разработан "Замысел по прикрытию государственной границы", который предусматривал расширение зоны изоляции вокруг Луганского аэропорта. Для обеспечения этого замысла планировалась переброска сил и средств в аэропорт военно-транспортной авиацией.

К моменту катастрофы боевики использовали ПЗРК в разных районах боевых действий. Над Славянском с ПЗРК "Игла" был сбит разведывательный самолет Ан-30, в других местах - еще четыре вертолета. В помещении Луганского СБУ боевиками были захвачены несколько ПЗРК, поэтому с высокой степенью вероятности можно было предположить их применения против транспортных самолетов, которыми перебрасывались войска и техника к Луганского аэропорта.

Итак, группа стратегического планирования АТО, которая разработала план по прикрытию государственной границы, включая оборону и расширение зоны изоляции вокруг Луганского аэропорта, должна была принять во внимание опасность подобного переброски войск. Руководитель АТО Муженко был обязан разработать комплекс мер по предотвращению уничтожения самолетов, или полностью отказаться от планов переброски в аэропорт войск и техники воздушным транспортом.

Одним из возможных вариантов противодействия применению авиации боевиками могло быть превентивное разрушения взлетно-посадочной полосы и уход из аэропорта подразделений, обеспечивающих его защиту. Однако в момент инаугурации президента Порошенко такой вариант даже не рассматривался. А для создания сухопутного коридора в аэропорт у командования АТО не хватало средств.

Приняв решение о переброске подкреплений воздухом, командование АТО должно было отслеживать сообщения разведки о наличии в районе аэропорта боевиков, вооруженных ПЗРК, и со всем вниманием отнестись к сообщениям о выдвижении в этот район диверсионных групп. Тем более, что полковник Маленко, командир оперативно-тактической группы "Славутич", подтвердил, что в тот момент имеющимися силами невозможно было провести зачистку зоны изоляции аэропорта в направлениях подлета самолетов. Использование вертолетов и штурмовиков также было невозможно без указания точных целей, как и бомбардировки местности через плотную застройку, в условиях, когда один населенный пункт переходит в другой. К тому же, возле аэропорта расположено дачный поселок, в котором проживали мирные жители. Наконец, зачистка этой местности была затруднена из-за ее крайней пересеченности. Это требовало дополнительных материальных и человеческих ресурсов и неизбежно привело бы к большим потерям. После зачистки района с воздуха в этот район могли немедленно выдвинуться новые диверсионные группы, вооруженные ПЗРК. И, наконец, в распоряжении тактической группы "Славутич" было крайне ограниченное количество боеприпасов.

Военные самолеты, в том числе самолеты военно-транспортной авиации, практически беззащитны против средств ПВО при взлете и посадке, а тактическая группа "Славутич" контролировала периметр лишь на расстоянии полкилометра вокруг аэропорта и взлетно-посадочной полосы. Линия обороны была не сплошной, а местность - сильно пересеченной, что позволяло диверсионной группе с ПЗРК скрыто подойти почти к самой взлетно-посадочной полосе для гарантированного поражения самолета.

Самолет был сбит с места, расположенного на расстоянии около 8 км от аэропорта, а по словам Маленко, максимальная дальность стрельбы имеющимися в оперативной группы "Славутич" средствами составляла 7,2 км, а прицельная дальность - меньше 5 км. Несомненно, это было принято во внимание диверсионной группой, которая сбила самолет. На месте пуска было найдено пусковые установки ПЗРК "Игла" российского производства, а также банки из-под тушенки, изготовленной в России. Профессиональное изъятие из бортового магнитофона проволоки, на которой якобы записан переговоры пилотов, исчезновение с места катастрофы второго "черного ящика", а также мгновенный уход группы с места пуска, позволяет предположить, что она состояла из профессиональных российских диверсантов. Количество банок дает основание считать, что группа находилась в засаде и вела разведку в течение нескольких суток, после чего сообщила "руководителей ЛНР" о системном переброске войск на аэродром транспортными самолетами. После этого в аэропорт выдвинулись две группы боевиков из ПЗРК, одна из которых и сбил самолет. Скорее всего, подобная группа находилась и на втором направлении подлета самолетов - просто спасательная команда полковника Маленко не имела возможности это проверить.

Расчеты на имеющиеся средства противодействия ПВО и поддержки жизнеобеспечения были несостоятельны, поскольку пилоты, технические специалисты и руководство ВВС подтвердило, что имеющимися средствами обеспечить выживание самолета во время взлета и посадки было проблематичным. Тем более, что на самолете Ил-76МД с бортовым номером 76777 отсутствовала система отстрела тепловых ловушек, которая используется при взлете (на двух других бортах она была).

Кроме того, командованию было известно, что персонал аэропорта, включая службу полетов, покинул свои рабочие места еще 5 июня, что подтвердил командир экипажа одного из военно-транспортных самолетов полковник Мымриковым, который неоднократно совершал полеты с войсками и техникой в ​​аэропорт. Полетами временно руководил майор Зайченко, не имеющий достаточного опыта, к тому же, навигационные приборы и системы обеспечения не функционировали.

Квалификация пилотов позволяла посадить самолет на взлетно-посадочную полосу в дневное время без приборов, причем использование так называемого "афганского варианта посадки" с большой вертикальной скоростью позволяло снизить опасность от поражения средствами ПВО боевиков. В ночное время посадка была возможна только при условии освещения взлетно-посадочной полосы. Аэропорт был обесточен, поэтому освещение осуществлялось только с помощью дизель-генераторов, которые постоянно выходили из строя. Именно это было причиной того, что Мымриков не смог посадить группу самолетов в ночь с 12 на 13 июня и был вынужден вернуться на аэродром базирования, поскольку десантникам, которые находились в аэропорту, не удалось запустить дизель-генераторы. И только утром 13 июня группа сделала повторный рейс в Луганский аэропорт и вернулась в аэропорт Кульбакино в окрестностях Николаева. Итак, дополнительным фактором, который мог повлиять на безопасность посадки, был выход из строя дизель-генератора. Это делало невозможным посадку на полосу ночью без приборов.

Итак, непосредственными причинами, которые привели к уничтожению диверсионной группой противника транспортного самолета Ил-76МД с бортовым номером 76777, по нашему мнению являются:

1. Ошибка в "замысле" штаба АТО по переброске войск и техники в Луганский аэропорт самолетами транспортной авиации. Возможность применения незаконными вооруженными формированиями средств ПВО при посадке и взлете самолетов военно-транспортной авиации учитывалась, однако ей было уделено недостаточно внимания с учетом невозможности зачистки зоны подлета подразделениями тактической группы "Славутич".

2. Непринятие во внимание руководителем и штабом АТО проблем с освещением взлетно-посадочной полосы при планировании операции по переброске войск и техники в Луганского аэропорта в ночное время. В ночь, предшествовавшую катастрофе, самолеты были вынуждены вернуться на место базирования с грузом, поскольку отсутствовало освещение взлетно-посадочной полосы из-за отказа резервных дизель-генераторов.

3. Игнорирование начальником штаба АТО Назаровым критически важной разведывательной информации о выдвижении в Луганской аэропорта двух групп боевиков из ПЗРК.

Последствия катастрофы

Катастрофа украинского военно-транспортного самолета в Луганском аэропорту имела множество последствий:

1. Погибли 40 десантников и 9 членов экипажа. Это была первая с начала "антитеррористической операции" трагедия подобного масштаба.

2. Было уничтожено военно-транспортный самолет, военная техника и амуниция стоимостью 28700000 г рн.

3. Было сорвано "замысел" по расширению зоны изоляции вокруг Луганского аэропорта, разработанный штабом АТО, десантники и танкисты тактической группы "Славутич" были вынуждены уйти в глухую оборону, а продукты и боекомплект для группы пришлось сбрасывать на парашютах.

4. Катастрофа самолета имела егативное влияние на общий замысел по прикрытию государственной границы. Незаконные вооруженные формирования, наемники и русские войска одержали оперативную инициативу, которая в дальнейшем привела к серьезным потерям украинских войск на других участках ведения боевых действий в Луганской области.

5. Престижу украинских войск был нанесен серьезный удар, нравственный уровень военнослужащих снизился, соответственно, это показало силу боевиков и жизнеспособность "армии Новороссии".

Отдельно стоит сказать, что за два с половиной года никто не понес наказание за гибель 49 человек. Для общества это является негативным индикатором, таким же, как отсутствие виновных за разгром под Иловайском, "котле" в Зеленополье, уходе из Донецкого аэропорта и поражение под Дебальцево.

Кто виноват

Виновного должен установить суд. При анализе видеозаписей допросов становится очевидным, что только некоторые из свидетелей говорят правду. В большинстве офицеров и генералов есть что скрывать. Мы представили собственные выводы.

1. Именно Назаров показал свою безответственность и халатность в подготовке конкретной операции по переброске войск.

Генерал-лейтенант Муженко, который утвердил "Замысел", не посвятил в его детали исполнителей и не поставил перед ними общую боевую задачу. Все решения он замкнул на себя и сообщал о них только конкретным исполнителям в момент, непосредственно предшествовавший выполнению конкретного распоряжения или приказа. Поэтому штаб практически не координировал действия частей и не знал о дальнейших действиях. Именно это, судя по всему, не позволило оценить важность разведывательной информации о выдвижении именно двух групп боевиков в Луганской аэропорта с задачей сбивать транспортные самолеты. При получении такой информации командиры обязаны были осуществить контрмеры или отменить операцию.

Генерал-майор Назаров не был посвящен в детали конкретной переброски войск, решение о привлечении конкретных экипажей принимал командир оперативной группы ВВС генерал-майор Никифоров по прямому указанию Муженко. Назаров был исключён из процесса принятия решений, он лишь временно замещал руководителя АТО на время его отсутствия. Самостоятельных решений Назаров не принимал и, видимо, надеялся на то, что Муженко обладает всеми деталями сделки. Поэтому, получив важную информацию, не акцентировал на нее внимания Муженко. А сам Муженко вполне резонно утверждает, что не изменил своего решения о переброске, так как не владел достоверной информацией. Таким образом, Муженко переложил ответственность за случившееся на своего подчиненного, Назарова, который является последним в цепочке тех, кто принимал решение, что привело к катастрофе.

2. Имело место нарушение уставов и предписаний, а именно, в части обмена и передачи секретной информации.

1) Руководство ВВС и летный состав, которые общались между собой открытой связью телефонам «Интертелеком», хорошо понимали, что эта информация может быть перехвачена и использована противником.

2) Мымриков отрицает интенсивное общение с Черепенько мобильным телефоном, особенно в части, которая касалась способа подлета и маршрута трех самолетов.

3) Команды летчикам отдавал непосредственно мобильным телефоном руководитель оперативной группы ВВС штаба АТО генерал-майор Никифоров.

4) В момент загрузки личного состава и техники в аэропорту Днепропетровска мимо транспортных самолетов выруливали самолеты российской компании "Аэрофлот". Кроме того, неизбежными были контакты экипажей с техническим персоналом аэропорта. Хотя меры безопасности были приняты, однако экипаж знал, что полет осуществляется именно в Луганск. Военнослужащие 25-й Амбр также знали, что их перебрасывают на усиление в Луганск.

Несмотря на то, что СБУ установила, что утечки информации не было, первой версией, которая появилась в СМИ, был именно утечка информации. Окончательной уверенности в том, что утечки не было, у нас нет.

3. При разработке "Замысла" в части обороны аэропорта Луганска и расширения зоны изоляции с применением транспортной авиации для переброски подкрепления были детально проработаны мероприятия по минимизации вероятности уничтожения самолетов с помощью средств ПВО и пулеметов.

Это планировалось обеспечить с помощью подразделений, переброшенных в аэропорт, о чем сказал на допросе генерал-лейтенант Муженко. Имеющимися в тактической группы "Славутич" силами, техникой и артиллерией безопасность полетов обеспечить было невозможно.

Итак, при имеющихся возможностей противника уничтожения самолета было лишь делом времени. Руководство тактической группы "Славутич" не уведомило руководство АТО о невозможности обеспечения безопасности полетов. Или руководитель АТО генерал Муженко, будучи осведомленным об этом, принял решение о переброске войск транспортными самолетами, считая опасность допустимой.

4. Не было принято во внимание аварийное состояние генераторов, обеспечивающих питания прожекторов взлетно-посадочной полосы.

После побега персонала аэропорта 5 июня и отключением боевиками электроснабжения резервное электропитание обеспечивалось двумя дизель-генераторами. Однако оба они были неисправны, в результате чего были сорваны переброски войск предыдущего вечера, 13.06.14. Освещение полосы фарами грузовиков было явно недостаточным, экипажи просто не видели полосу. Все навигационные системы были в нерабочем состоянии, поэтому посадка по приборам была невозможной. Для осуществления маневров, препятствующих применению противником средств ПВО, и т.н. "Афганской посадки" с высокой вертикальной скоростью, экипажи при подлете должны были видеть начало полосы.

14.06.14 для первого самолета подсветку полосы включить удалось, однако оно сразу же отключился из-за перегрева и отказа дизель-генераторов. Судя по всему, второй экипаж ждал повторного включения подсветки полосы, поэтому сделал широкий разворот, встал на посадочный курс гораздо дальше первого, и попал в зону поражения ПЗРК одной из групп боевиков.

При отказе генераторов, используемых для освещения полосы, катастрофа при посадке могла произойти даже при отсутствии угрозы со стороны боевиков.

Руководством тактической группы "Славутич" не было сделан акцент штаба АТО на информацию о технически неисправного генератора.

5. Отсутствовала эффективная коммуникация между подразделениями, которую должен обеспечить штаб АТО, управляемый Назаровым.

Это привело к отсутствию реальных данных о ситуации в аэропорту и, соответственно, к принятию неправильных решений как руководством оперативной группой ВВС, так и конкретными исполнителями, несмотря на принятые меры безопасности с учетом наличия у боевиков средств ПВО.

Обеспечение такой коммуникации полностью возлагалось на начальника штаба АТО генерала Назарова.

6. Привлечение подразделений Вооруженных сил в АТО было связано с многоступенчатым прохождением "заявок" через Антитеррористический центр.

Вместо непосредственного приказа о переброске войск в зону боевых действий от командующего (руководителя АТО), "заявка" сначала согласовывалась со структурами Генерального штаба и Министерства обороны, затем, после подтверждении готовности частей и техники для переброски, Генеральный штаб её подтверждал, далее "заявка" поступала как официальный запрос руководителя АТО к АТЦ, который передавал ее в Генштаб (второй круг). Генштаб отдавал распоряжения структурам Министерства обороны и командованию родов войск, которые тогда формировали команды для отправки в зону АТО.

Затем команды перебрасывались к Донецкой и Луганской областей и передавались в подчинение руководителя АТО. И только после прибытия на место дислокации поступало сообщение об их прибытии руководству АТЦ для последующего включения сначала подразделений, а через месяц после трагедии - и военнослужащих по списку, в состав АТО. Таким образом, в ходе переброски отдельной роты 25-й отдельной аэромобильной бригады из Днепропетровска "оказалось", что формально десантников еще не был включен в состав АТО, хотя большинство старших командиров "считали", что рота поступила в распоряжение командующего АТО в момент, когда была доставлена ​​в аэропорт Днепропетровска. Тем более, как сказал командир тактической группы "Славутич" полковник Маленко, в Луганском аэропорту уже находились подразделения 25-й аэромобильной бригады, и отдельная рота перебрасывалась для их усиления.

После включения в состав АТО связи между подразделением и "большой землей» не прерывались, командование частей продолжало "вести" свои подразделения (если командиры были прикомандированы к штабу АТО, как было с командиром 25-й аэромобильной бригады). Информация от частей (в т. ч. разведывательная) попадала в Генштаб, хотя такой порядок не предусмотрен законом о борьбе с терроризмом. Таким образом, был возможна утечка информации о том, что происходит в зоне боевых действий через офицеров, которые сочувствовали или были завербованы спецслужбами РФ.

Кроме того, наличие дополнительной структуры управления (над военной) в виде оперативного штаба управления и его подразделений в областях затруднял обмен важной информацией (в т. ч. разведывательной), а начальники штабов в областях, которые должны были заниматься координацией между всеми частями (ВСУ, пограничными войсками, МВД, Нацгвардией и СБУ), фактически этим не занимались и были лишним звеном.

Таким образом, структура управления, созданная в соответствии с законом о борьбе с терроризмом, не обеспечивала быстрой и адекватной реакции на ситуацию в зоне боевых действий. В случае введения военного положения единоначалие и единый штаб управления позволили бы эффективно управлять войсками.

Ответственность за невведении военного положения лежит на высшем руководстве страны.

7. Главное. Командование АТО и офицеры были дезориентированы правовой неопределенностью своего статуса и статуса боевых действий.

Большинство высших офицеров понимали, что при отсутствии режима военного положения их действия могут быть квалифицированы как военные преступления. Они неоднократно это подчеркивали во время допросов на слушании дела в Павлоградском суде.

Поэтому они не были мотивированы на наступательные действия и применения тяжелых вооружений для уничтожения боевиков, которые, к тому же, не были "военным противником".

ПОЛИТИЧЕСКИЕ ВЫВОДЫ (за рамками судебного процесса)

1. Введение военного положения (ВП) до президентских выборов делало их невозможными, согласно Конституции. Поэтому, судя по всему, введение ВП было отложено до момента инаугурации нового президента. О том, что именно Порошенко станет президентом (в первом или втором туре), было известно уже в начале мая. Об этом говорили результаты открытых и закрытых опросов общественного мнения.

2. Отказ от введения ВП для проведения президентских выборов позволила России и подконтрольным ей силам начать реализацию крымского сценария: начать захват зданий администраций и силовых структур, провести "референдумы о независимости ДНР и ЛНР" и создать вооруженные военные формирования.

3. Введение ВП на территории Донецкой и Луганской областей без развертывания военной группировки было бы неподготовленным решением и могло повлечь поражение. Поэтому было объявлено особый период и начато мобилизацию, а затем под прикрытием антитеррористической операции - реализован план развертывания армии и подготовки к введению военного положения до момента, когда вступит в должность новый президент.

4. Несомненно, что назначение было генерала Муженко руководителем АТО было согласовано с Порошенко. Согласно закону о борьбе с терроризмом он приобрел право единоличного принятия решений и командования приданными подразделениями.

5. Создание военного "штаба АТО" вне структуры оперативного штаба управления (ОШУ) Антитеррористического центра свидетельствовало о намерении создать параллельную Генеральному штабу структуру для ведения военных действий и в дальнейшем подчинить существующий Генеральный штаб этой структуре, на момент введения ВП должна была стать новым Генштабом или ставке Верховного главнокомандования, а ее руководитель - начальником Генштаба. В дальнейшем Муженко был назначен начальником Генштаба. Без согласования с Порошенко, который к этому моменту уже фактически стал президентом, такое решение было невозможным. Военные лишь выполняют решение высшего руководства, так Муженко не мог самостоятельно принять такое решение.

6. Муженко начал переброску войск на восток и военную операцию 29.05.14, включая прямое применение войск, военной техники, артиллерии и авиации против незаконных вооруженных формирований. К этому Вооруженные силы действовали в соответствии с Законом о борьбе с терроризмом, осуществляя охрану военных объектов и отражения нападений террористических и диверсионных групп. Пример - отражение нападения боевиков на Донецкий аэропорт 26.05.14. Военная операция не могла быть начата без согласования с высшим руководством страны.

7. И Муженко, и все другие генералы и старшие офицеры понимали, что, начав боевые действия против "мирного населения" без введения военного положения, который предусматривает ограничение прав и свобод граждан, они становятся военными преступниками. В частности, о Гаагском трибунале упомянул в своих показаниях генерал-майор Назаров. Однако генералы были убеждены, что введение ВП - вопрос нескольких дней.

8. Ни Муженко, ни Турчинов, ни Порошенко не доверяли генералам и высшим офицерам, многие из которых сочувствовали агрессору и передавали ему данные, составляющие государственную тайну. Поэтому они старались не допустить несанкционированного распространения информации за пределы жестко очерченного круга исполнителей. Кроме того, верификацию разведывательной информации было поставлено плохо, а анализировал информацию и определял ее достоверность фактически только сам Муженко, что, в конечном счете, привело к принятию ошибочных решений.

9. Исходя из того, что 02.06.14 депутатом Сенченко, главой парламентской комиссии по национальной безопасности и обороны, был подан законопроект о внесении изменений в закон о борьбе с терроризмом No4965, который позволяет использовать войска в антитеррористической операции, можно предположить, что Порошенко отказался вводить военное положение уже 31.05.14 или 01.06.14.

В этот момент армия уже вступила в огневой контакт с "сепаратистами" и незаконными вооруженными формированиями "республик". Механизм мобилизации и применения войск в "АТО" был запущен, и нужно было найти "другое решение" для легализации использования Вооруженных сил с целью уничтожения этих формирований. Вопреки Конституции было предложено разрешить применение ВСУ в мирное время в рамках антитеррористической операции. При этом "ДНР" и "ЛНР" так и не были признаны антитеррористическими организациями, не признанные они ими до сих пор.

Причин такого решения Порошенко могло быть несколько - например, неготовность начать полномасштабную войну, страх перед вторжением российских войск из-за неконтролируемой участок границы и опасения взять на себя ответственность.

10. 05.06.14 этот законопроект был принят, однако он введен в действие только 20.06.14. То есть в течение почти месяца, с 29.05.14 по 19.06.14, военнослужащие совершали военные преступления. И президент Порошенко, и исполняющий обязанности президента Турчинов в этом замешаны непосредственно.

11. Помимо участия в военных преступлениях, ни президент Порошенко, ни исполняющий обязанности президента Турчинов не выполнили свой долг, согласно статьям 102 и 106 Конституции. При этом Турчинов, не принял присяги, а был назначен исполняющим обязанности до проведения выборов нового президента, должен был нести ответственность за свои действия, поскольку на него распространяется действие п.19, 20, 21 ст. 106 Конституции (введение военного положения, проведения мобилизации и объявления войны).

12. Статус "антитеррористической операции" фактически означает отказ от деоккупации территорий Донбасса и демотивирует армию. Руководство страны не планирует наступательных операций, а судьбой войск остается только оборона. Этим пользуются оккупанты, которые превратили Донбасс на полигон для учений российской армии в боевых условиях и испытаний новой военной техники.

Нарушение исполняющим обязанности президента Турчиновым и президентом Порошенко конституционных обязанностей, а именно: преступная бездеятельность и невыполнение требований Конституции, а также закона об обороне, привели к потере территориальной целостности Украины, гибели более 10 тыс. Человек, ранения нескольких десятков тысяч человек как гражданского населения, так и военнослужащих и добровольцев, разрушение объектов промышленности, жилищного фонда, инфраструктуры.

Привлечение к ответственности президента Порошенко возможно после проведения процедуры импичмента, Турчинова - в любой момент на основании решения суда по ч.2 ст.110 УК Украины - посягательство на суверенитет и территориальную целостность Украины. Поскольку Турчинов и Порошенко осознавали последствия своего бездействия, в соответствии со ст. 19 УК Украины, они могут быть подвергнуты судебному преследованию.

Доклад подготовлен по открытым материалами судебного процесса по делу генерала Назарова 13.01.2017

Обнародованы 29.03.2017 после оглашения приговора.

Источник (PDF документ)

Наш отчёт о причинах и следствиях катастрофы военно-транспортного самолёта ИЛ-76 в Луганском аэропорту 14 июня 2014 года.

Report Abuse

If you feel that this video content violates the Adobe Terms of Use, you may report this content by filling out this quick form.

To report a Copyright Violation, please follow Section 17 in the Terms of Use.